В заметке с говорящим названием «Полнота жизни», опубликованной Яковом Абрамовичем Корнфельдом в 1938 году в «Архитектурной газете», он сам описал свое становление как архитектора и преподавателя: «В тринадцать лет я, как и многие еврейские мальчики, выбрал Киевское художественное училище только потому, что туда принимали евреев без ограничения процентной нормой. В годы учения я полюбил искусство. Захватили горячие мечты о далекой и недоступной Академии. Учебу в Академии вскоре прервала война, сначала империалистическая, потом гражданская. Лишь через пять лет я ‒ в стенах ВХУТЕМАС. В бурных дискуссиях, в горячем до самозабвения труде вовлекались мы в новую жизнь, становились ее строителями. Еще до окончания школы мне поручают строить павильон Русгерторга на выставке 1923 г., жилые и административные дома Моссукно. Работа ширится вместе с расцветом страны. Строю электроцентрали, фабрику, типографию, клубы, дворцы культуры, кино» (РГАЛИ, Ф. 3321. Оп. 1). Так писал о себе уже состоявшийся мастер ‒ член-корреспондент Академии архитектуры СССР.
Яков Корнфельд родился в семье учителя, не блиставшей достатком. Неслучайно поэтому, что, только поступив на архитектурное отделение Киевского художественного училища, он начал совмещать с учебой и работу десятника-техника ‒ как помощника архитектора. Уже имея практический опыт работы, поступил в Императорскую академию художеств в Петербурге. Учебу прервала мобилизация в 1916 году, когда студента отправили рядовым в Запасный полк в Старую Руссу, а затем в Симферополь. В августе 1917-го Корнфельд был демобилизован, работал в Крыму техником-строителем. Время диктовало необходимость быстро приспосабливаться к новым условиям, поэтому он нашел себе работу и в профсоюзных организациях.
Но продолжение учебы было в приоритете, поэтому к окончанию Гражданской войны Яков Кронфельд ‒ вновь студент, но теперь уже третьекурсник архитектурного факультета ВХУТЕМАСа. Параллельно он начинает работать архитектором в Хамовническом районе при Главмузее, в Кустпромторге, присматриваясь к новым проектам.
Сразу после защиты в 1924 году диплома «Дворец труда в Москве» Корнфельда приглашают в качестве архитектора во Внешторгбанк, а по совместительству ‒ руководителем строительства Клуба профсоюза текстильщиков. Бурная эпоха 1920-х годов с ее кипением идей не могла обойти молодого амбициозного, весьма перспективного мастера. Выпускник ВХУТЕМАСа он стал одним из соучредителей Объединения современных архитекторов (ОСА), развивавшего идеи конструктивизма. «Крепнет чувство ответственности перед страной. Мы сплачиваемся в большой союз и вместе ищем пути творчества, вместе со всем народом строим новое общество, новую культуру» ‒ читаем в его заметке (РГАЛИ, Ф. 3321. Оп. 1).
С 1928 до 1934 года Корнфельд работал в Московском областном совете профсоюзов архитектором-руководителем клубного строительства. Уже тогда проявился его талант создателя театров, кинотеатров и рабочих клубов ‒ новых зданий для современного досуга советских граждан. Сегодня такие помещения мы бы назвали «общественными хабами». В 1927‒1939 годах он построил множество таких зданий: клубы текстильщиков в Орехово-Зуеве и Раменском, клубы рабочих в Ундоле и Серпухове, клубы фабрики имени «Красной Армии и флота» в Софрино и Дрезне, Клуб строителей в Свердловске, Клуб Сталинградского тракторного завода, Дворец культуры «Авиатор» в Рыбинске и многие другие, но главным образом в регионах России.
В мае 1934 года на улице Горького в Москве прошла выставка-смотр лучших проектов по планировке и архитектуре столицы и других городов Советского Союза. Представленные идеи оказались настолько интересными, что выставка дала начало серьезной общественной и профессиональной дискуссии, что обозначило новое «архитектурное самосознание». В статье «Уроки майской архитектурной выставки» Корнфельд писал: «Архитектор ни на минуту не должен изменять своей искренности и вере в свое дело… Мне кажется, что для многих проектов характерно несколько развязное стремление во чтобы то ни стало убедить заказчика роскошью своего предложения» (Архитектура СССР. 1934. № 6). Но на смену строгому и лаконичному конструктивизму шел «сталинский ампир» ‒ с обилием декора, тягой к парадной репрезентативности. «Я конструктивист и думаю, что конструктивизм, в самом хорошем смысле этого слова, был присущ всем лучшим архитектурным эпохам…», ‒ решительно заявил Я.А. Корнфельд.
Самой известной постройкой архитектора в стиле конструктивизма в Москве стал Дворец культуры имени Горбунова, или «Горбушка». Он возводился в 1929‒1938 годах в Филях при авиазаводе № 22 имени 10-летия Октября (теперь ГКНПЦ им. М.В. Хруничева) и располагался на границе Филевского парка, причем главный фасад был обращен на север, в сторону проходных авиазавода. В 1933 году Дворцу присвоили имя погибшего в авиакатастрофе директора авиазавода С.П. Горбунова.
Композиция Дворца делилась на три части: корпус клуба, театр и соединительный корпус, в котором размещались буфет и читальный зал. Театр был спроектирован из нескольких разновысотных объемов и разрешен пологим амфитеатром, поднимавшимся до второго этажа, вместимостью 850 мест, первым балконом на 250 мест и вторым балконом на 400 мест. Зрительный зал театра имел в плане форму веера с глубиной амфитеатра 25 метров. По отзывам исполнителей и слушателей, в зале была хорошая акустика.
Весь корпус клуба был перекрыт плоской кровлей, служившей для летних занятий на открытом воздухе. На кровле располагались также мужской и женский солярии, оборудованные душевыми. В клубе были зал для лекций, концертов и заседаний на 400 мест с двусветным фойе и гостиной для отдыха, различных размеров комнаты и аудитории для работы кружков ‒ общей площадью в 1200 квадратных метров. В театральной и клубной частях могли находиться одновременно до 3,5 тысяч посетителей.
Статья «Полнота жизни» подытожила творческий этап архитектора: «Двадцать первую годовщину Октября я встречаю вместе с лучшими людьми завода им. Горбунова в зале заканчиваемого мной театра. Какое радостное ощущение полноты жизни!» (РГАЛИ, Ф. 3321, Оп. 1).
Помимо клубов и дворцов культуры, важное место в творчестве архитектора занимало проектирование и строительство кинотеатров. «За годы революции кино из развлекательного зрелища выросло в большое искусство, отражающее в художественных образах жизнь и героику нашей эпохи /.../ Исключительная портативность делает кино искусством вездесущим. Популярность кино растет в нашей стране с громадной быстротой. Количество зрителей давно уже превысило емкость наших кино, и мы испытываем острый киноголод», ‒ утверждал Я.А. Корнфельд в статье «Архитектура советского городского кино» в 1936 году.
До 1930-х годов советское кино, как правило, показывали в помещениях, не предназначенных для этого: на первых этажах жилых домов, в перестроенных театральных залах или гостиных бывших особняков. Корнфельд разработал новую типологию кинотеатра как специализированного здания. Его идея ‒ универсальный проект, своеобразный архитектурный «конструктор», который можно собирать, учитывая конкретные задачи. Он предложил быстро и экономично строить кинотеатры разного масштаба как модули: двух-, трех- или четырехзальные, в зависимости от места строительства и количества зрителей. Наряду с этим он поставил перед собой задачу «органически строить образ киноздания, в котором нельзя было бы с первого взгляда не признать кино».
В 1936 году Корнфельд в Академии архитектуры разработал проект нового типа многозального кинотеатра, опубликовав его вместе с исследованием. Проект был принят Управлением кинофикации как основной тип в киностроительстве РСФСР. Ярким примером такой постройки является кинотеатр «Родина» в Москве на Соколиной Горе, возведенный в 1938 году. В его основу лег типовой проект Якова Корнфельда, доработанный Виктором Калмыковым. Идея заключалась в создании современного многофункционального культурно-развлекательного центра с кинозалами, фойе и общественными пространствами. Несмотря на оформление классическими колоннами, в кинотеатре проявились типичные конструктивистские черты: фасад стал функциональной поверхностью ‒ для размещения афиш и анонсов, а задняя стена здания использовалась как экран для летних показов, когда зрители могли смотреть кино под открытым небом.
В 1939‒1940 годах Я.А. Корнфельд руководил составлением архитектурного раздела Норм по киностроительству, опубликованных Комитетом по делам кинопромышленности, был редактором книги В.П. Калмыкова «Архитектура и проектирование кинотеаров», вышедшей в 1941 году.
В эти же годы появился ряд статей Корнфельда в периодике, посвященных проблемам советской архитектуры. Так, в материале «Ансамбль улицы Горького в Москве», размышляя о реконструкции столицы, он замечает, что важнейшая черта улицы Горького ‒ ее триумфальный характер «как улицы встречи героев, народных шествий, празднеств. Выражение этой идеи требует, чтобы архитектура магистрали носила приподнятый, торжественный характер». Автор считал, что архитектура жилых домов по улице имеет подчиненный характер плоскостных архитектурных композиций, а здания на площадях «получают крупные объемные построения энергичной пластики и богатой светотени». Одной из важнейших черт, по мнению Корнфельда, которая должна быть выражена в ансамбле улицы Горького ‒ это «столичность, черта, которая должна отобразить темп жизни и движение в столице, концентрированность населения, разнообразие его культурных потребностей, репрезентативность центральной магистрали столицы» (Архитектура СССР. 1940. №12).
Наряду с практической деятельностью по возведению сооружений и научно-исследовательской работой в области архитектуры, Яков Абрамович преподавал в Московском архитектурном институте. Он читал курс лекций по типологии общественных зданий, руководил курсовыми и дипломными работами студентов, воспитав целое поколение архитекторов. Корнфельд стал одним из авторов учебника «История советской архитектуры» (1951), изданном Академией архитектуры СССР.
С 1944 года Я.А. Корнфельд занимал должность руководителя Сектора культурно-просветительных сооружений Института общественных сооружений. Здесь Яков Абрамович подготовил целый ряд научных трудов по архитектуре зрелищных сооружений, в частности, об архитектуре советского театра. Его авторству принадлежит также издание «Лауреаты Сталинских премий в архитектуре». В книге помещен краткий очерк развития советской архитектуры, творческие биографии архитекторов-лауреатов, даны описания и фотографии проектов, удостоенных премии. Совместно с Е.В. Дружиной-Георгиевской Корнфельд написал книгу «Зодчий А.В. Щусев» (1955), хотя и несколько ревностно относился к его творческому методу.
С 1937-го Яков Абрамович ‒ член правления Союза советских архитекторов и член Президиума Архфонда СССР. В 1940-х годах он работал в Академии архитектуры СССР, состоял в ее Ученом совете, участвовал в специальных конкурсных жюри, был экспертом архитектурных проектов, в том числе по реконструкции городов.
А еще ‒ два малоизвестных факта из биографии Я.А. Корнфельда: по поручению Всесоюзного общества культурной связи с заграницей он написал статью «Памятники русской архитектуры, разрушенные немцами» (1943); а также подготовил доклад «Архитектура, государство и общество» ‒ для советской делегации, выступившей в Лозанне в 1948 году на Международном съезде архитекторов.
* * *
В РГАЛИ фонд Я.А. Корнфельда (Ф. 3321) насчитывает 208 единиц хранения за 1920-е–1973 годы. Материалы были переданы в 2006 году О.И. Картузовой, которая унаследовала архив архитектора в составе материалов скончавшегося к тому времени искусствоведа Д.Г. Аркиной, ставшей хранительницей материалов Якова Абрамовича.
Биографические материалы представлены, в основном, отзывами о статьях и проектах Я.А. Корнфельда. В разделе творческих материалов – рукописи статей, доклады об архитектуре театра, кинотеатра, клуба и дворца культуры, собственные проекты, в том числе фотографии проектов. В виде вырезок из прессы сохранились публикации архитектора: «Архитектура кино в Испании», «Здание советского кино», «Архитектура колхозного села», «Служим народу», «Советская архитектура» и другие. Здесь же находится монография «Архитектура советского театра».
В фонде хранятся лекции, прочитанные Я.А. Кронфельдом в Московском архитектурном институте, стенограммы лекций, доклады на Международном архитектурном конгрессе в Лозанне (Швейцария), Всероссийском совещании городских архитекторов в Ленинграде.
Сохранились письма к Я.А. Корнфельду от И.А. Фомина и из учреждений, а также письма Я.А. Корнфельда главному архитектору Москвы С.Е. Чернышеву и в Союз советских архитекторов. Изобразительные материалы представлены портретами Б.М. Иофана, Н. П. Краснова, Л.В. Руднева и других лиц работы Якова Абрамовича. Много собранных фотоматериалов – иллюстрации для монографии Корнфельда «Архитектура советского театра».
Ю.В. Маслова,
главный специалист РГАЛИ
-
Портрет архитектора Я.А. Корнфельда. 1940‒1950-е гг.
-
Студент ВХУТЕМАСа Я.А. Корнфельд. [1920-е гг.] РГАЛИ. Ф. 681. Оп. 1.
-
Заявление Я.А. Корнфельда о приеме во ВХУТЕМАС. 27 января 1921 г. РГАЛИ. Ф. 681. Оп. 1.
-
Проект Дворца культуры имени С.П. Горбунова. План 1-го этажа. 1929‒1930 гг. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1.
-
Строительство Дома культуры имени С.П. Горбунова. 1929‒1930-е гг. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1.
-
Дворец культуры имени С.П. Горбунова. Фотография. 1930-е гг. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1.
-
Я.А. Корнфельд. Новые нормы и технические условия проектирования зданий театров. 1957‒1958 гг. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1. Машинопись.
-
Я.А. Корнфельд. Новые нормы и технические условия проектирования зданий театров. 1957‒1958 гг. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1. Машинопись.
-
Я.А. Корнфельд. Новые нормы и технические условия проектирования зданий театров. 1957‒1958 гг. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1. Машинопись.
-
Я.А. Корнфельд, Блохин П.Н., Зальцман А.М. Проект гостиницы Моссовета в Москве. Эскизы, фасады, планы, разрезы. 1931 г. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1.
-
Я.А. Корнфельд, Блохин П.Н., Зальцман А.М. Проект гостиницы Моссовета в Москве. Эскизы, фасады, планы, разрезы. 1931 г. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1.
-
Я.А. Корнфельд, Блохин П.Н., Зальцман А.М. Проект гостиницы Моссовета в Москве. Эскизы, фасады, планы, разрезы. 1931 г. РГАЛИ. Ф. 3321. Оп. 1.
