Сегодня творчество писателя Александра Вьюркова полузабыто. Однако в 1930 е годы его имя было знакомо не только читателям, но и коллегам по литературному цеху — причем, как профсоюзного и общественного деятеля, занимавшегося устройством быта писателей.
Литературное же наследие Александра Вьюркова невелико. Он известен как автор одной книги — «Рассказы о старой Москве», хотя благодаря ей добавил свою страницу в историю бытописательства столицы, продолжив традиции, заложенные В.А. Гиляровским, М.Н. Загоскиным, М.И. Пыляевым и др. Об особенностях своего творчества Вьюрков говорил так: «Все знали только Москву – центр …а настоящая-то Москва, трудовая, рабочая с ее Пресней, Миусами …проживала на окраинах …Так вот я и задумал познакомить читателя с окраинной Москвой, где проживали и обыватели. И если в книге я упомянул о них, то что же в этом зазорного? И не вина обывателя, что жизнь его пошла в сук, а не туда, куда она пошла бы теперь в наше время».
О жизни московского обывателя Вьюрков писал на основании богатого личного опыта, воспоминаний и впечатлений детства и юности. Родился Александр Вьюрков в Замоскворечье. Отец его служил у купца кожевенника, мать была домашней хозяйкой. В 9 лет поступил в Петровско-Пресненское начальное училище на углу Проточного переулка и Смоленского рынка, куда семья переехала в 1891 году. По окончании училища был отдан в «ученье» по кожевенному делу, однако тяготился им. Вьюрков вспоминал: «Лелеял мечту об учебе. В конце концов, решили подбить отца на согласие разрешить мне поступить на бухгалтерские курсы как предмет более понятный его коммерческой душе … Начал я учиться в начале 1905 года, а в декабре валил телеграфные столбы на Смоленском рынке и строил баррикады».
Трудовая биография Вьюркова оказалась обширной: он работал в страховом обществе «Русь», во Втором Московском обществе взаимного кредита, экспедитором на цементном заводе. Одновременно учился на общеобразовательных курсах Л.М. Осипова. В конце 1914 года был мобилизован, но уже через полгода попал в плен после боя под Ярославом. Провел в плену три года. Энергичный и деятельный, в плену Александр Иванович обучал солдат грамоте, читал им лекции по истории русской литературы, заведовал бюро юридической помощи. После освобождения и возвращения в Москву в 1918 году служил счетоводом, делопроизводителем в Моссовете, Союзе кустарных артелей, в военно-полевой инспекции, в Главмилиции, на заводе «Инозит», в лаборатории никелевых солей и других учреждениях. Вьюрков вспоминал: «Такой “ералашный рейс” моей трудовой жизни объясняется не моей неуживчивостью, а желанием узнать жизнь во всех слоях нашего общества, что мне много дало и впоследствии очень пригодилось для моих литературных работ».
Однако три года в плену подорвали здоровье Вьюркова, и в 44 года он вышел на пенсию по инвалидности, но продолжил работать — в 1930-е годы заведовал производственно-творческим сектором при горкоме писателей, а после ликвидации последнего был членом президиума и ответственным секретарем групкома издательства «Советский писатель». Работа отнимала много времени: «Тогда не было ни ССП, ни Литфонда и все обслуживание 1500 писателей в бытовом и творческом отношении лежало на горкоме писателей. Нами были организованы столовая в Доме Герцена, оборудованы новые дома отдыха, в частности, по моей инициативе приобретен дом отдыха в Гаграх». По роду деятельности Вьюрков приобрел широкие связи в литературных кругах и по совету одного из прозаиков начал писать и публиковать рассказы. Небольшой литературный опыт у Вьюркова был — в 1910-е годы, работая на цементном заводе, он выпускал рукописный сатирический журнал «Портланд цемент», в 1920-е годы работал над воспоминаниями о Первой мировой войне и жизни пленных, которые позже уничтожил.
Первая публикация появилась в 1930 году в журнале «Безбожник», где был напечатан рассказ о Параскеве Дивеевской «Паша-дурочка и Николай II». Затем его рассказы появлялись в журналах «Колхозник», «Красная новь», «Красноармеец», «Огонек», «30 дней» и других. Всего до 1940 года им было опубликовано около 20 рассказов. Работал Вьюрков медленно, каждое произведение «переделывал по десятку раз». Так же тщательно работал над сборником рассказов о Москве начала XX века, замысел которого возник в начале 1930-х годов.
В 1941 году рукопись книги была рассмотрена редсоветом издательства «Советский писатель», однако публикации помешала начавшаяся война. Связанный приятельскими и дружескими отношениями со многими писателями, Вьюрков получил отзывы на свою книгу от Д. Бедного, А.С. Новикова-Прибоя, Б.Л. Пастернака, А.П. Платонова, Т.Л. Щепкиной Куперник и др. Вьюрков читал «Москву-матушку» (таково было первоначальное название «Рассказов о старой Москве») в московских гостиных, где она имела успех. В мае 1941 года он записывал в дневнике: «Сегодня читаю у Покровской Анны Константиновны. Много было народу. Был скульптор И.С. Ефимов, художник Рождественский, Шергин … Понравилась моя “Москва” настолько, хоть читай до утра. Ушли с женой в 2 ч. ночи … Работать бы мне надо, а я вынужден вот сидеть в Групкоме и “вождить” — получать деньги по займу, профвзносы, судить-рядить, хлопотать о братьях-писателях …А дома на столе лежит “Москва-2”».
У старых москвичей рассказы будили приятные воспоминания молодости, однако для профессиональных литераторов очевидны были многочисленные недостатки. Резко о рукописи отзывался В.Б. Шкловский: «Эту толстую книгу ни в коем случае издавать не надо, потому что она написана плохо. Стилистически книга чрезвычайно бедна. То, что пишет автор, уму не сообразно, и показывает, что он совершенно не умеет пользоваться справочниками и разбираться в событиях».
Признавая ценность собранного автором фактического материала, некоторые рецензенты отмечали жанровую неопределенность, неуклюжесть и ходульность сюжета, излишнюю назидательность, наивность, сентиментальность, поэтизацию мира трущоб и одобрение мещанства. Однако при этом старомосковский быт и нравы были описаны живо, занимательно, будто бы «устно»; а главное — с большой и искренней любовью автора к родному городу.
Б.Д. Пастернак, в целом положительно оценивая рассказы, давал автору рекомендации: «Налицо один недостаток… Недостаток этот заключается в твоем заблуждении, будто ты публицист-градоописатель популяризаторской складки. Очерки твои … держат живостью и колоритом, а не прочными выводами на широких научно обработанных основаниях … ты должен расстаться со своей педагогической иллюзией … и сознать себя беллетристом в открытую».
Война помешала издать книгу и затормозила работу Вьюркова, который работал над продолжением рассказов, предполагая создать трилогию. До 1944 года писатель находился в эвакуации в Кирове, работал в эвакуационном пункте, печатался в «Кировской правде», выступал в госпиталях с чтением рассказов и — тосковал по Москве. Он писал Т.Л. Щепкиной-Куперник: «Ну никак не могу попасть домой к своему очагу. Я — столбовой москвич, ее бытописатель лишен права возвратиться к себе на родину, к своей библиотеке. Лишен права продолжать работу о родине, о Москве, лишен права видеть ее и жить в ней в эти исторические дни, чтобы писать о них».
После войны Александр Иванович не служил, работал над продолжением «Рассказов», изданных в 1948 году. Жить было тяжело, в заявлениях в Литфонд об оказании помощи Вьюрков писал: «Пришлось продать посуду, чтобы купить бумагу … Я весь распродался, и гонорар мой ушел на базар и на уплату долгов. Сейчас я работаю над второй книгой, продолжая так же нуждаться и жить, занимая деньги у одного и отдавая их другому». Работу пожилого писателя стимулировало сознание: «Если я не напишу про старую Москву, после меня никто не напишет», однако больше при жизни Вьюркова ни «Рассказы о старой Москве», ни повесть «Чужие пороги» — продолжение «Рассказов» — не издавались.
* * *
Личный фонд А.И. Вьюркова хранится в РГАЛИ под номером 1452. Документы фонда поступили в ЦГАЛИ (ныне РГАЛИ) в 1958 году от вдовы писателя — А.В. Вьюрковой и в 1963 году — от вдовы друга А.И. Вьюркова К.Э. Чулицкой. В настоящее время в фонде 328 ед.хр. за 1890-е – 1959 годы.
В фонде среди творческих материалов — рассказы, рецензии, автобиографии, варианты романа «Трудный путь», а также дневники писателя, содержащие записи о литературной среде 1930-х годов, о встречах с Д. Бедным, Л.Н. Сейфуллиной и др.
Несомненный интерес представляет переписка А.И. Вьюркова с литераторами – Д. Бедным, М.И. Исаковским, А.С. Новиковым-Прибоем, М.М. Пришвиным, Т.Л. Щепкиной-Куперник и многими другими. Среди материалов к биографии писателя выделяются документы, связанные с деятельностью Вьюркова в горкоме писателей и групкоме издательства «Советский писатель» — списки членов, заявления В.В. Вересаева, В.В. Каменского, К.М. Симонова и др. Ценным документом является альбом фондообразователя с записями В.В. Вересаева, А.П. Гайдара, П.С. Романова и др., рисунками Б.А. Лавренева. Среди изобразительных материалов — значительное количество фотографий А.И. Вьюркова индивидуальных и с деятелями горкома писателей и групкома издательства «Советский писатель», а также альбом с фотографиями А. Алтаевой, А.П. Гайдара, М. Голодного и др. советских писателей.
А.А. Романенко,
начальник отдела научного описания документов, НСА и каталога
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения